С 24-летним Павлом Бугриевым из солнечной столицы Калифорнии города Сакраменто Людмила Качкар и Сергей Тараненко встретились в уютной кофейне послеобеденным воскресным днем. Павел, в отличие от многих своих сверстников, не искал развлечений выходного дня, в кофейне он штудировал очередной медицинский учебник. Герой рубрики "Мир тебе, Америка!" – студент одного из медицинских учебных заведений, между учебой он еще и подрабатывает, а также несет служение в поместной церкви и Тихоокеанском объединении церквей евангельских христиан-баптистов. Наше присутствие прервало его занятия и побудило вспомнить для портала Протестант Пресс события пятимесячной давности – поездку на Гаити на седьмой день после самого разрушительного в истории страны землетрясения…

-        Павел, каким образом вы оказались на Гаити?

-        О землетрясении я узнал из теленовостей. Наша церковь, как и тысячи других по всему миру, усердно молились о пострадавших. В первую неделю после случившегося мне позвонила знакомая, с которой мы года три-четыре назад ездили с миссией на Ямал. Она попросила найти волонтеров-мужчин для помощи гаитянам. Но никто из друзей и знакомых по разным причинам не смогли откликнуться на нужду. Тогда я подумал: а почему бы мне самому не послужить гаитянскому народу? Подготовка к этой поездке началась с молитвы. В колледже, на работе, в церкви, — везде меня благословили. Родные также поддержали эту идею. Так что очевидной причины не поехать у меня не нашлось. Прежде, чем купить авиабилет, узнал, какие аэропорты открыты в районе Гаити. Ближайший аэропорт оказался в городе Сан-Теиаго соседней Доминиканской республике. Там же нашел поместную баптистскую церковь. Я позвонил им (они как раз формировали группу волонтеров для помощи Гаити), они обрадовались моему приезду.

-        Насколько мы знаем, вы из личных сбережений оплатили свою поездку?

-        Да, примерно три тысячи долларов.

-        Таким образом, вы оказались в стране, где говорили на чужом для вас языке, предварительно познакомившись с доминиканскими баптистами по телефону и поверив им наслово…

-        Когда я оказался в аэропорту Сан-Теиаго, у меня было только два местных телефонных номера с именами абсолютно незнакомых мне людей. Доминика – это  странное тропическое государство, хотя и очень красивое. Когда я еще только размышлял о возможности этой поездки, думал, что, наверное, глупо лететь в неизвестную страну к незнакомым людям. Но вовремя понял, что, если отступлю назад подобно Ионе, благословения не будет. В аэропорту Сан-Теиаго меня радушно встретили, разместили в доме дьякона баптисткой общины. Я познакомился и с пастором церкви, — очень хороший и добрый человек.

Почти сразу мы стали готовиться к поездке на Гаити. Нас предупредили, что среди гаитян есть больные СПИДом и сифилисом, а поскольку после землетрясения у многих жителей страны были открытые раны, то был велик шанс заразиться каким-либо из вирусов. Нас также предупредили, что трасса в Порт-о-Пренсе, по которой предстояло ехать, не контролируется государственной полицией, а только местными авторитетами, поэтому часто случаются ограбления машин, везущих гуманитарную помощь. Нам было о чем подумать той ночью по пути в гаитянскую столицу. Наша группа, состоящая из одиннадцати человек, везла рис, сухофрукты, сухое мясо и другие продукты, которые приспособлены для хранения. В группе также были два дипломированных врача, еще одной  целью поездки было оказание медицинской помощи пострадавшим.

-        Какие основные задачи в помощи пострадавшему народу Гаити ставила перед собой церковь евангельских христиан-баптистов из Доминики, частью служения которой вы стали?

-        Во-первых, оказать гуманитарную и медицинскую помощь. Помочь восстановить церкви, построить колодцы для налаживания водоснабжения. И самое главное – воспитать новое поколение христианских лидеров взамен тех, чьи жизни унесло землетрясение.

-        Насколько сильно изменился пейзаж, когда вы въехали на гаитянскую землю?

-        Я бы сказал, что мы попали из ухоженного оазиса с манго и кокосами по обочинам дорог в высушенную пустыню, — это такой контраст, как при переезде из Израиля в Палестину. Прямо на границе Гаити мы наблюдали большое скопление грязных людей, бессмысленно снующей транспорт.

-        Почувствовали ли в Гаити какое-то духовное противостояние?

-        Как-то один проповедник сказал, что, когда начинаешь евангелизировать, то сразу ступаешь на территорию дьявола. Я это почувствовал, как только мы въехали в эту страдающую страну. Возникло ощущение, как будто ты идешь темной улицей и кто-то сзади за тобой следит. Нас предупреждали, что в этой стране много оккультизма. Я видел глаза гаитян, они пустые, я бы даже сказал — стеклянные и все черного цвета – это, конечно, выглядело пугающе. Нам рекомендовали ничего не давать просящим и поясняли, что помощь нужно оказывать целенаправленно и адресно. И даже если у тебя есть конфета или бутылка воды, и ты поделишься этим с нуждающимся, то в течение нескольких следующих минут к тебе прибегут сотни страждущих. В этом смысле постоянно приходилось  выбирать – между христианским даром даяния и мудростью, описанной в Писании. Помню, на каком-то из отрезков пути четырехлетний мальчик бежал рядом с нашей машиной, стучал по стеклу и гневно выкрикивал на английском языке: «Вы приехали помогать! Вы приехали помогать! Так помогайте!» Ситуация усугублялась по мере приближения к городу Порт-о-Пренс.

-        Как вы считаете, почему это землетрясение стало таким катастрофическим для Гаити?

-        Одна из причин – хрупкость построек. Почти все дома в стране строятся из местной хрупкой породы. Это не мое заключение, о том же говорили профессиональные строители и архитекторы.

-        Как бы вы охарактеризовали гаитянский народ?

-        Эти люди делают все возможное и невозможное, чтобы выжить. Можно много чего сказать о гаитянах, но как бы мы себя вели в подобной обстановке? В Гаити практически нет государственного образования. Правда, дети в возрасте с 8 до 12 лет могут рассчитывать на начальное образование, но при этом классы переполнены, у учителей нет возможности индивидуально заниматься с каждым из учеников. Хочешь учиться – плати деньги. Жители Гаити – очень религиозный народ. Один гаитянин, с которым я познакомился, так охарактеризовал себя: «Для меня вуду — это культура, а религия — это православие». И так там все. Христианским служителям предстоит много потрудиться, чтобы помочь гаитянам понять, что есть только один Бог, только одна светлая духовная сила.

-     Известен исторический факт, когда гаитянский жрец культа Вуду Алехандро Букман в 1791 году ради независимости своей страны от Франции заключил сделку с дьяволом…

-        В честь этого события гаитяне построили большую черную железную башню, она возвышается недалеко от президентского дворца в столице страны. Многие могут сказать, что гаитяне заслужили землетрясение. В этой связи, мне хотелось бы ответить, что мы не должны смотреть на Бога, как на тирана, Который за каждое заблуждение и грех наказывает так драматически. Мы с вами ничем не лучше жителей Гаити - такие же грешники, потому что нет больших или малых грехов, грех остается грехом в любом своем проявлении.

-        К кому вы присоединились в гаитянской столице?

-        Одна христианка, доктор из Майями, во время землетрясения на Гаити служила в Доминиканской республике. Уже на следующий день вместе с другим доктором они отправились в Порт-о-Пренс помогать пострадавшим. Медицинский пункт был открыт прямо напротив президентского дворца. Местный полицейский департамент этим докторам предоставил интернет. Они начали писать по всему христианскому миру, рассказывать о нужде во врачах, волонтерах. Это они делали ночами, а днем принимали по 100-150 пациентов. Люди с самого утра выстраивались в очередь и терпеливо, по многу часов, ожидали приема. Потом на помощь эти двум христианским докторам поспешили служители со всего мира. Помню, разговаривал с одним братом из Лос-Анджелеса: так он приехал туда на три дня, а остался на три недели. Ощущая острую нужду в твоей помощи, не можешь остановиться делать добро, хочется всем помочь.

-        Какого рода помощь вы оказывали на Гаити?

-        По приезду в Порт-о-Пренсе нас спрашивали, что каждый из нас умеет делать. Я готов был даже подметать, если бы понадобилось. Накануне поездки на Гаити в Америке купил Библию на гаитянском языке, так, на всякий случай, а пользовался ею постоянно. Меня определи оказывать духовную помощь пострадавшим. Много чего случилось за это время. Прежде, чем рассказать историю, которая пронзила мое сердце, нужна предыстория. На Гаити есть традиция Вуду, когда человеку под кожу вводится пигмен, и кожа белеет. Такие люди называются альбиносами. Гаитяне воспринимают таких младенцев, как святых: их разрезают на кусочки и продают по частям до двух тысяч долларов за каждый. Местные женщины верят, что если вступить с таким ребенком в сексуальные отношения, то исцелишься от болезней. Также считается, что если принести такого ребенка в жертву, то простятся все грехи. Все белокожие гаитянские дети несчастны, они прокляты в своей культуре.

Меня привели к беременной женщине, которая страдала сильнейшей депрессией. Своего первого младенца альбиноса она продала по частям. Женщина глубоко раскаивалась в содеянном. Она верила, что Бог ее помиловал, но вот сама себя она никак не могла простить. Мне было искренне жаль эту бедную женщину и, одновременно, гнев овладел мною из-за ее поступка. Но все-таки возобладало понимание того, что Бог даже такое прощает. Мы говорили с этой женщиной о том, что все младенцы после смерти попадают на небо и Господь их милует. Я пытался сфокусировать ее внимание на ребенке, которого она ждала. Когда предложил ей помолиться, она охотно согласилась, но каждый раз останавливала свою молитву, считая себя недостойной обращаться к Богу. Я ее ободрял продолжать. В молитве она подметила, что Бог отдал Своего Сына, а эта женщина как никто другой знала, что такое «отдать на смерть Своего Сына».

-        Насколько безопасно вам было находиться в разрушенной землетрясением стране?

-        Мы жили в палатках на крыше полицейского департамента. Земля постоянно находилась в движении, подземные толчки не прекращались, я к этому так и не смог привыкнуть. Вокруг нас ходили люди с ножами, дрались, грабили, воровали детей. Но местные жители говорили, что пока мы в медицинской форме, нам нечего бояться, нас не тронут, поскольку мы нужны. С нами был Бог и молитвы праведных.

-        За две недели вашего служения скольким людям вы смогли помочь душевно и духовно?

-        Я консультировал до десяти человек в день. Одна сессия длилась часа по два. Каждый, кто приходил ко мне, хотел, чтобы его выслушали. Я пытался донести до них, что плакать посреди этой ужасной трагедии – это нормально, что это естественная реакция. У многих из тех, с кем я беседовал, землетрясение забрало всю семью.  Помню одного мальчика, все родственники которого погибли, его дом был разрушен, он был в полном отчаянии, не зная, что его ожидает завтра. После консультаций я обычно направлял гаитян в поместные евангельские церкви. Свое служение мы начинали ежедневно в шесть утра и принимали людей до семи вечера. После этого раздавали гаитянам продукты питания, воду и вещи первой необходимости, общались с ними. Спать ложились далеко за полночь, но не уставали.

-        Некоторые миссионеры, работавшие на Гаити, рассказывали, что, поклоняясь Христу, местные жители также поклонялись и духам Вуду…

-        Понимание гаитянами Иисуса Христа какое-то особенное. Даже христиане извращали многие библейские основы. Многие пострадавшие делились со мной, что материальная помощь для них — не главное, гораздо важнее личные беседы, духовная поддержка. Они знают, что мы считаем их варварами, дикарями, но они искренне хотят стать  лучше. Один пятидесятилетний мужчина рассказывал, что не хочет думать, что его дочь может быть изнасилована его двоюродным братом, но гаитянская культура, их мораль, допускает такие вещи. Чтобы не думать об этом и, в конце концов, не сойти с ума от ужаса всего происходящего, они просто игнорируют подобные  факты, иногда даже смеются над ними. На самом деле гаитяне не дикари, они также, как и мы, отличают черное от белого, переживают за свое будущее и за будущее своих детей. Просто они ходят по кругу своих культурных и духовных традиций.

-        Выходит, что они осознают свой грех и при этом продолжают грешить?

-        Мы, верующие люди, осознаем, что духовный мир тесно связан с физическим. Когда Иисуса спросили о духовном человеке, Он ответил, что, смотря на Него, на Его физическое тело, можно увидеть и духовное тело. А мы разделяем эти вещи.

-        Как же христиан вывести из мира Вуду?

-        Только Священным Писанием. Они осознают, что только через постоянное духовное назидание смогут освободиться. Надо, чтобы христианство изменяло их культуру, насквозь пронизанную Вуду.  Это непросто, но Иисус именно так и поступал в отношении евреев. Когда Павел сидел в тюрьме, Господь сказал ему не умолкать, потому что там были Его люди. Если мы подвизаемся для миссионерского служения на Гаити, то должны быть уверены, что там есть Его люди. Я видел таких людей, они готовы слушать и принимать Истину. Но помочь человеку прийти ко Христу и  наставить его на правильный путь — это разные вещи. Человек не начинает жить праведно, как только покается, для этого необходимо время и терпение. Гаитян нужно любить, служить им, рассказывать о другой духовной реальности. Если они станут новыми творениями во Христе Иисусе, то постепенно начнут изменяться.

-        Есть такое понятие, как покаяние Церкви, покаяние нации. Павел, как вы думаете, необходимо ли это гаитянам?

-        Если в Гаити на официальном уровне был заключен договор с дьяволом, то на этом же уровне он должен быть разрушен. Гаитяне думают, что делают добро, но на самом деле это недобрые дела. Когда им пытаешься это втолковать, всякий раз они отвечают: «А у нас так принято». Если миссионеры начнут на личном уровне долготерпеливо служить гаитянам, то, возможно, верующие гаитяне займут лидерские позиции в стране, и Христова правда станет побеждать.

-        Павел, для вас поездка на Гаити стала потерей или приобретением?

-        Когда мать ухаживает за своим ребенком, готовит ему еду, стирает за ним, можно ли это назвать тратой времени? Господь отдал за меня жизнь, какое право я имею говорить, что что-то мое? Тело — не мое, деньги — не мои, они даны мне в управление. Я сделал то, что должен был сделать. Мы, христиане, все призваны к таким поступкам. Это все равно, как сказать, что пастор, всю жизнь прослуживший в своей общине, совершил подвиг. Когда мы слушаемся Господа, это всегда чего-то нам будет стоить. Помните из Писания, когда Давид совершил грех, пересчитав народ, ангел позволил ему выбрать себе наказание, в результате которого израильский народ начал умирать. Царь Давид покаялся и со слезами на глазах начал просить Господа об избавлении. Господь сказал принести жертву. И Давид купил землю и все, что нужно было для жертвоприношения. Он тогда сказал: «Почему для меня должно быть что-то бесплатно?» Эти слова часто звучали внутри меня, когда мне предлагали оплатить перелет на Гаити или как-то по-другому поддержать. Я часто замечаю: чтобы коснуться сердца человека, надо тронуть его кошелек. Наше сердце там, где наше сокровище. Бог не призывает вкладывать все имение в церковь, Он предлагает полагаться на Него, чтобы отдавая, мы, размышляли о Его благодати, о Его жертве для нас. Деньги — не наши, они даются Господом, поэтому мы обязаны сами себе это напоминать через жертвоприношение денег.

-        Какие духовные уроки вы извлекли из поездки на Гаити?

-        Часто мы едем куда-то помогать людям, а, в конечном итоге, помогаем себе и сами чему-то учимся. Я понял, что Господней благодати для меня достаточно. Эту мысль  старался донести и до гаитян. Потому что землетрясения будут повторяться, наши близкие будут умирать, но благодать от нас никто не заберет, она — вечный дар. Осознание этого дало мне возможность переосмыслить свои ценности и оценить Божью благодать. А также задуматься, что случилось бы, если бы Господь забрал у меня прекрасных родителей, хорошую работу, образование, удобную жизнь. Бог мог бы все это забрать, Он не обязан мне это давать, это проявление Его благословения. Еще один урок состоял для меня в том, что если мы серьезно относимся к Божьим заповедям, то Он будет проявляться в нашей жизни и доверять нам великие дела.

Текст Сергея Тараненко, Людмилы Качкар

Фото из архива Павла Бугриева